Главная Стартовой Избранное Карта Сообщение
Вы гость вход | регистрация 17 / 08 / 2019 Время Московское: 188 Человек (а) в сети
 

Ключ от Ингушетии, или Почему нужно фотографироваться на фоне бабушкиных ковров

Если бы Дэн Браун разбирался в ингушских коврах, он мог бы написать роман покруче «Кода да Винчи». Но пока древние коды горцев расшифровывают только местные энтузиасты-этнографы 2 февраля, 2017 Танзилу заочно представляют как «девушку, которая ходит в горы». Для молодой ингушки занятие действительно нетривиальное.

Фото: Из личного архива Танзилы Дзауровой-Гогиевой — Не сказать, что это вызов обществу, но у нас не очень понимают, когда женщина такими вещами занимается. Считается, что ей лучше сидеть дома, с семьей. «Зачем тебе это? Материальной выгоды никакой, еще и свои деньги тратишь». И каждому приходится объяснять, что есть такая вещь — дело жизни. Начинала Танзила Дзаурова-Гогиева с петроглифов — знаков на камнях, потом заинтересовалась орнаментами на коврах. Ищет также древние тропы, старые арбовые дороги, башни, собирает песни и сказки, расспрашивает стариков про прежний быт. Наука о мелочах На экстремалку-походницу Танзила не похожа. Элегантное платье в пол, макияж, красиво уложенные под косынку волосы. Исследовать заброшенные горные тропинки она начала еще студенткой, когда жила с родителями в Армхи, близ нынешнего горнолыжного курорта. Одна в лес идти боялась, уговаривала брата составить компанию. Параллельно мечтала написать роман. Сюжеты собирала, беседуя с дедушкой, который и сам многое пережил, и прекрасно помнил, что ему рассказывали в юности 120-летние старцы. — С пожилыми людьми сложно работать, но благодаря дедушке я теперь знаю, какие вопросы нужно задавать. Если старика прямо спросить о каком-то предмете или обычае, он не поймет, что от него хотят. Скажет что-нибудь «правильное» или будет рассказывать яркую историю, особенно в присутствии зрителей. А мне это не нужно. Меня интересуют бытовые мелочи. Фото: Из личного архива Танзилы Дзауровой-Гогиевой Сейчас Танзила — профессиональный этнограф. Отучилась в университете на истфаке, затем получила и второе высшее — пыталась уйти в хорошо оплачиваемую юриспруденцию. Но хобби не отпускало. Интересных историй, рисунков и GPS-меток за годы увлечения накопилось столько, что хватило бы на десяток романов. Но литература Танзилу больше не привлекает. На основе своей коллекции она готовит диссертацию по ингушскому народному орнаменту. Утраченные символы На стене кабинета Танзилы в Ингушском государственном университете свежей краской нарисован фрагмент орнамента. Граффити еще не закончено, похоже на что-то растительное. Фото: Али Оздоев — Это адорант, человек-проситель, — уточняет Танзила, показывая на бутон-трилистник в центре. Редкий случай символического изображения человека древними ингушами. Композиция скопирована со старинного ковра. Сейчас это еще и логотип историко-географического общества «Дзурдзуки», одним из организаторов которого она является. Читайте также Любовь в маленьком городе Разбираем гардероб. Советы стилиста Мой ласковый и нежный тесть Дзурдзуки — один из древних синонимов слова «ингуши». И что интересно, несмотря на пиетет местных к корням и традициям, в Ингушетии редко встретишь традиционный народный декор. Ни на предметах быта, ни на одежде, ни на фасадах зданий нет ничего сугубо ингушского. Туристу этой самобытности не хватает. А где же колорит в оформлении? Где народные мотивы в наружной рекламе? Где изделия народных промыслов и сувениры? — Единственный орнамент за стенами музея — это знак «Магас» при въезде в столицу. И еще волна на гербе республики. Это все. Мы очень многое растеряли за ХХ век. В основном, конечно, из-за депортации, — объясняет Якуб Гогиев, муж Танзилы и, разумеется, единомышленник. Фото: Али Оздоев Депортация 1944 года уничтожила большую часть прикладного искусства ингушей. Занятым выживанием в казахских степях людям было не до творчества. А то, что смогли увезти с собой в ссылку, рано или поздно меняли на еду. — Одна старушка вспоминала, как в Казахстане обменяла семейный валяный ковер — «истинг» — на чашку молока, — рассказывает Якуб. — Время было голодное. Шла и плакала, потому что знала, как тяжело было его изготовить, и шерсть на него шла не простая, а от тушинских грубошерстых овец. На фоне истинга снимается семейство Если немного пройти от университета вглубь жилого квартала Магаса, можно попасть в магазин, где продаются современные истинги — точные копии старинных. Их делает мастерица Райшат Ахильгова. Все они «со смыслом». На одном узоры в виде волчьих зубов — это символ-оберег, такой ковер вешали рядом с детской люлькой. На другом рога барана — чтобы не иссякли стада. Ковры с ассиметричным узором делали в годы войны, голода, мора, чтобы отвести беду. Фото: Али Оздоев И теоретику Танзиле, и практику Райшат сильно облегчил работу счастливый случай. Несколько лет назад брат мастерицы Гирихан, тоже известный в республике популяризатор этнографии, случайно увидел на Измайловском рынке в Москве потрепанный самодельный альбом. Как сказали бы сейчас — скетчбук. На пожелтевшей бумаге были в цвете зарисованы архаичные узоры и дано описание их смысла на ингушском. Автором оказался знаменитый ингушский художник Гази-Магомед Даурбеков, который в 1920 годах участвовал в научной экспедиции. Единственный рукописный экземпляр! — Каждый крючочек здесь важен, — Танзила демонстрирует копию находки на компьютере. — Кожаные лекала с орнаментом у нас передавались из поколения в поколение, от матери к дочери. Они веками не менялись, никаких цветочков «для красоты» не дорисовывалось. Некоторые настолько просты, что сейчас многим кажутся примитивными, непривлекательными. Люди не понимают нашего аскетичного орнамента, им нравятся завитушки. За последние 10−20 лет было утрачено очень много старых ковров. Просто по незнанию выбрасывают. Фото: Али Оздоев К счастью, обсмеянный снобами обычай фотографироваться на фоне бабушкиного ковра спас целый пласт ингушской культуры. А кто-то хорошо фотографировал. Год назад зарегистрировали общество официально, сейчас собираются подавать заявку на членство в Российском географическом обществе и издавать свой научный вестник. Формальности понадобились, чтобы вывести любительскую работу на уровень серьезных программ — например, запустить цикл лекций в школах республики. В ближайшую субботу кто-то из «Дзурдзуки» отправится в очередной класс рассказывать об истории и этнографии. За полтора года будет охвачена вся Ингушетия. Фото: Из личного архива Танзилы Дзауровой-Гогиевой Для Танзилы главное — не работа в отделе этнологии НИИ им. Чаха Ахриева, не научные открытия. «Дело жизни» для нее — стать мостиком между стариками и детьми. Ингушская молодежь редко выбирает безденежную и потому непопулярную стезю ученого-историка, чаще ориентируется на более престижные специальности. Поэтому «Дзурдзуки» пытаются увлечь детей историей своего края еще в школе, а наиболее мотивированных потом «довести» до университета и аспирантуры. — Мы сильно отстали в изучении национальной истории от других народов Северного Кавказа, и наши дети во многих темах смогут стать первопроходцами. Направлений, тем огромное количество, и мы пока просто собираем материал и раскидываем по папкам. Каждая из них потом может стать чьим-то диссертационным исследованием. Ведь старики уходят, а мы просто хватаем эту птицу за хвост. Ольга Калантарова

Подробно на сайте Это Кавказ:
https://etokavkaz.ru/kultura/klyuch-ot-ingushetii

Вы можете разместить эту новость у себя в социальной сети

Доброго времени суток, уважаемый посетитель!

В комментариях категорически запрещено:

  1. Оскорблять чужое достоинство.
  2. Сеять и проявлять межнациональную или межрелигиозную рознь.
  3. Употреблять ненормативную лексику, мат.

За нарушение правил следует предупреждение или бан (зависит от нарушения). При публикации комментариев старайтесь, по мере возможности, придерживаться правил вайнахского этикета. Старайтесь не оскорблять других пользователей. Всегда помните о том, что каждый человек несет ответственность за свои слова перед Аллахом и законом России!

Комментарии

Абббас с перископом Чт, 02/02/2017 - 20:19

Это отлично,что есть энтузиасты в этом направлении.
Дай Бог чтобы им открывались тайны письменно ковра.это целый тайный язык ,как и записи с помощью геометрии в храмах.

© 2007-2009
| Реклама | Ссылки | Партнеры