Главная Стартовой Избранное Карта Сообщение
Вы гость вход | регистрация 06 / 04 / 2020 Время Московское: 573 Человек (а) в сети
 

В поисках достойного будущего

В-Г.Х.Танкиев – к.и.н., доцент, ведущий научный сотрудник Инг.НИИ ГН им. Ч. Ахриева

(к 245-летию единения ингушей с Россией)

Так статья названа потому, что на протяжении многих веков предки ингушей – нахи, как и другие народы мира, находились в состоянии борьбы за лучшее будущее своего народа.
В этой постоянной борьбе за выживание они не существовали изолированно от других народов и внешнего мира, а постоянно поддерживали контакты, устанавливали дружеские связи, заключали всякого рода договоры, союзы, соглашения с другими народами.
Наверное, благодаря такой мудрой политике, тонкой тактике и дальновидной стратегии нашим предкам удалось сохранить свой народ, не дать ему погибнуть, как погибли многие десятки и сотни народов мира.
Не последнюю роль в этом, на наш взгляд, сыграло взаимовыгодное сотрудничество, а 245 лет назад - в 1770 году - и официальное вхождение ингушей в состав России.
Дореволюционные историки-кавказоведы в искаженном свете освещали историю русско-кавказских, в том числе и русско-ингушских отношений [1]. Они искажали, в частности, суть отношений ингушей к России, представляя их в роли непримиримых врагов, придерживавшихся исключительно антирусской ориентации [2].
Внимательное изучение архивных материалов, многих новых источников начисто опровергают эту ошибочную концепцию, неопровержимо доказывают, что ингуши, в большинстве своем, издавна держались русской ориентации, желая жить в мире и дружбе с Россией, под ее покровительством и надежной защитой от внешних врагов.
Если вспомнить историю, то первые контакты предков ингушей – нахов, с древними русичами уходят вглубь веков [3]. Доказательств тому более чем достаточно. Мы их находим и в трудах древних историков, и в древнерусских рукописях, в частности, в Лаврентьевской, Ипатьевской, Симеоновской, Никоновской и в других летописях [4].
Вспомним хотя бы «Слово о полку Игореве», где князю Игорю помог бежать из половецского плена литеретурный герой, а по существу реальное действующее лицо - Овлур, который, как убедительно доказал профессор Д. Д. Мальсагов в своей фундаментальной научной работе «О некоторых непонятных местах в «Слове о полку Игореве» был этническим ингушом [5, с. 60-93].
Небезынтересно и то, что с Северным Кавказом, в частности с ингушами, была связана и судьба русского князя Георгия, бежавшего сюда в 80 – х гг. Х11в. после убийства соперниками его отца - Андрея Боголюбского. По свидетельству летописцев, Георгий приехал на реку «Сунджу» (Сунжа) [6].
Прежде всего, следует отметить, что русская ориентация ингушей складывалась в процессе возникновения и развития русско-кавказских отношений и постепенного вхождения отдельных частей Кавказа в состав России [7].
Этот процесс, в свою очередь, был обусловлен рядом факторов, из которых на первом месте стояли социально-экономические, политические и военно-стратегические интересы России и народов Кавказа, и ингушей в том числе.
В зависимости от остроты и степени проявления этих интересов, процесс присоединения Кавказа к России то ускорялся, то протекал медленнее, а иногда и вовсе обрывался на более или менее длительное время.
Такие перерывы наступали особенно в периоды нашествия иноземных завое-вателей, если последним удавалось захватить русские или кавказские земли и установить господство над ними на определенное время.
Так было, например, во время татаро-монгольского нашествия и существования их ига над Кавказом и Русью, когда в течение почти трехсот лет (ХIII – ХV вв.) русско-кавказские, в том числе и русско-ингушские связи оказались почти прерванными.
Если не считать этого перерыва, то в остальное время русско-ингушские связи носили довольно интенсивный, плодотворный, постоянный и преимущественно дружественный характер.
История этих связей от их истоков и до окончательного присоединения и освоения Кавказа царизмом имеет свои основные периоды, этапы, с их характерными чертами.
Каждый из этих периодов представлял собой ступень, ускоряющую или замедляющую процесс присоединения тех или иных частей Кавказа к России, а стало быть, означал определенный шаг на пути складывания русской ориентации и ингушей, созревания предпосылок и приближения акта их вхождения в состав России.
В первый период русско-нахские, т.е. русско-ингушские связи, согласно дошедшим до нас письменным источникам, с самого начала их возникновения (с IX в.), хотя и временами омрачались враждебными конфликтами и открытыми военными столкновениями, преимущественно носили мирный характер и развивались, прежде всего, на почве торгового обмена, а также совместного военного содружества в борьбе с иноземными завоевателями.
Добровольное вхождение народов Северного Кавказа, в том числе и ингушей, в состав России, начавшееся со второй половины XVI столетия, в основном было оформлено многими договорными актами и присягами XVII-XVIII веков.
Внимательное изучение этих документов показывает, что все они пронизаны духом эпохи и отражают концепцию их составителей — представителей царских властей, чиновников или местных социальных верхов. Поэтому они носят, особенно по форме, верноподданнический в отношении царизма характер, вполне соответствующий иллюзорно-монархическому мировоззрению их составителей.
Однако несмотря на такой характер документов, все же их глубокий смысл состоял в том, что они в целом верно отражали основную тенденцию объективного развития исторических событий и обусловленных ими настроений народных масс, искренне желавших жить в мире и дружбе с соседними народами-горцами, русскими переселенцами и казаками, под надежной защитой сильной России.
Наивно-монархический характер документов ни в коей мере не может служить основанием, позволяющим думать, что будто бы ингуши, как и все остальные, народы Северного Кавказа, желая добровольно войти в состав России, тем самым, мол, добровольно принимали самодержавно-крепостнические порядки, деспотическую власть царизма, пассивно-примиренчески терпели его гнет.
Наоборот, как и другие народы Северного Кавказа, ингуши активно боролись против жестокого царского гнета. Но вместе с тем большая часть народа неуклонно тянулась к России в силу того, что люди верно понимали и трезво оценивали реальное соотношение враждебных им сил и для своего самосохранения справедливо отдавали предпочтение России, способной надежно защищать их безопасность от грозных, но менее сильных по сравнению с Россией врагов — соседних феодалов, князей и других завоевателей.
Кроме того, многовековые связи и сношения с простыми русскими людьми - переселенцами и казаками, а также с их лучшими представителями усиливали симпатию и тяготение ингушей к России, к русскому народу. Это хорошо понимали наиболее дальновидные представители ингушей, которые, улавливая потенциальное стремление своего народа, их прорусскую ориентацию, старались поддерживать эти тенденции.
Отдельные процессы и явления, рассматриваемые нами в данной статье, органично связаны с хозяйственным развитием региона в пореформенный период и являются их составной частью.
Способы решения поземельных отношений, процесс переселения горцев на равнину, система образования и просвещения, усилия царского правительства, направленные на перевод горских ингушей на равнину были направлены не только на то, чтобы поставить местное население Северного Кавказа в более прочную зависимость от российской власти, но и на то, чтобы внести существенные изменения в их быт, хозяйственный уклад, правовое сознание и т.п., иными словами, сделать их более адекватными и лояльными в своих поведенческих реакциях и мотивациях поступков по отношению к российским властям и более терпимыми к их новому статусу «подданных Российской империи».
Если Кавказская вой-на стала решающим шагом в процессе включения Северного Кавказа в государственное пространство Российской империи, то последовавшие вслед за этим процессы модернизации региона стали важнейшим фактором его вовлечения в состав российского историко-культурного и хозяйственного развития.
Многочисленные факты показывают, что вопреки реакционности царизма вхождение народов Северного Кавказа, в том числе и ингушей, в состав России имело важные прогрессивные последствия - упрочилась их безопасность, была устранена угроза нашествия шахских и османских войск, сократились и затем был ликвидирован захват людей в плен для продажи в рабство, расширились возможности роста сельского хозяйства, промыслов, торговли, происходило вовлечение Северного Кавказа в общероссийский рынок. Сложились предпосылки влияния на его народы передовой русской культуры.
Естественно, через русский язык ингуши приобщились к мировой литературной сокровищнице, к технической культуре. Русский язык стал языком межнационального общения для народов, населяющих Россию. И как государственный язык основным для получения светского образования, что сыграло положительную роль в развитии и ингушского народа.
Данные средневековых источников о предках ингушей свидетельствуют о том, что иноземные нашествия вынуждали их сосредотачиваться в горных ущельях для обороны и самосохранения.
Хозяйственная жизнь в труднодоступных горных ущельях в условиях известной разобщённости постоянной опасности нападения извне вела к относительной замкнутости и обособленности местных горских (нахских) обществ, что в свою очередь способствовало длительной многовековой устойчивости общественной структуры, традиций, обрядов и обычаев народа, некоторому замедлению процесса его развития.
Лишь после вхождения ингушей в состав России, а главным образом после Октябрьской революции 1917 года, коренным образом изменились жизнь, быт и культура народа.
Не сразу и не быстро, но постепенно стали складываться благоприятные условия для развития образования, здравоохранения и культуры народа.
Добровольное вхождение ингушей в состав Российского государства способствовало этническому единению разрозненных национальных обществ и групп в единую нацию, осознающих себя как единый народ, со своим древним самобытным языком, со своей богатой культурой, обычаями, традициями, со своим духовным миром.
Ориентация предков ингушей на Россию, а затем и добровольное вхождение в ее состав имело важное значение для сохранения стабильности в обществе и обеспечения безопасности народа.
Постоянные нашествия монголо-татарских полчищ, османских войск и крымских ханов, сопровождаемые захватом и угоном людей в рабство, истреблением местных жителей, насилием и произволом, отсутствие элементарных возможностей для обеспечения жизни и сохранения имущества горцев, нарушали хозяйственную жизнь и быт народа, делали невозможным заселение равнинных земель удобных для земледелия, препятствовали появлению новых сел и деревень, развитию торговли, товарообмену, ремесел [8, с. 153]. Именно в этом, на наш взгляд, одна из важнейших причин того, что вопреки агрессивным, колониальным целям царизма, добровольное вхождение ингушского народа в состав России имело прогрессивное значение.
Единение с Россией способствовало восстановлению территориальных границ расселения народа с древнейших времен, особенно плодородных плоскостных земель между реками Сунжей, Тереком и Камбилеевкой.
Археологические находки последних десятилетий на территории Ингушетии позволяют с уверенностью утверждать, что союз с Россией способствовал расширению связей ингушей не только с народами Северного Кавказа, с которыми они были тесно связаны на протяжении столетий, но и с государствами Закавказья, Передней Азии, Поволжья, Восточной Европы, со всем славянским миром и прежде всего с Древней Русью [9, с. 124-126]; [10, c. 42-52]; [11, с. 305-307]; [12, с. 237-239]; [13, с. 190-196]. Другими словами, была прорвана блокада народа от связей с внешним миром.
Союз с Россией позволил ингушскому народу, как и другим народам Северного Кавказа, встать на путь цивилизованного развития. Со временем улучшилось социально-экономическое положение народа.
Однако, добровольное вхождение ингушей в состав России, как известно, начавшееся еще в XVI столетии и завершившееся подписанием в марте 1770 года соответствующего акта еще не означало полного распространения на них военно-административной власти России.
На первых порах ингуши оставались еще раздробленными обществами. Джейраховцы, Назрановцы, Карабулаки, Сунженцы находились еще под собственным общественным управлением. Поэтому, не удивительно, что позднее, и даже в конце XVIII века, отдельные ингушские общества все еще продолжали обращаться к Российским властям с просьбами о принятии их в подданство России.
Другими словами, процесс добровольного вхождения ингушей в состав России и распространения ее военно-административной власти на весь народ растянулся на длительный период, вплоть до завершения Кавказской войны XIX века.
В связи с рассматриваемой проблемой нельзя не сказать еще об одном. Дело в том, что вхождение ингушей в состав России объективно содействовало распространению на наш народ передовой русской культуры, общественной мысли, литературы и просвещения. При этом следует иметь в виду, что этот процесс был взаимным. Как справедливо писал еще в прошлом веке академик Ю.А. Жданов, «Для передовой русской культуры встреча с народами Кавказа отнюдь не исчерпывалась впечатлениями этнографического, экзотического и романтического характера. Напротив, эта встреча оказала глубокое, неизгладимое и плодотворное впечатление на передовую общественную мысль России, содействовала постановке крупных теоретических проблем, стимулировала освободительное движение, обогащала интернациональные связи» [14, с. 39].
Завершая свою статью, хотелось бы остановиться еще на одном аспекте проблемы. Сложные и противоречивые процессы последних лет закрепили в российском общественном сознании глубоко конфликтное видение ситуации на Северном Кавказе. В ряде средств массовой информации пропагандируется взгляд на Северный Кавказ как на чужеродный для России и всей европейской цивилизации социокультурный организм.
Отдельные политики и политологи рисуют упрощенный образ Северного Кавказа, представляя его исключительно областью межнациональной напряженности и конфликтов, сепаратистских устремлений и религиозного (исламского) фундаментализма. Подобные стереотипы замыкают политический анализ, исторические исследования и общественную практику в рамки чрезвычайных мер и фактически питают инерцию кризисного и конфликтного развития. Они, конечно, отражают некоторые болезненные реалии жизни региона, но они, на наш взгляд, являются ошибочными, весьма неполными и односторонними.
Как нам представляется, говоря как об истории взаимоотношений народов России и Северного Кавказа, так и о покорении царизмом Северного Кавказа желательно говорить не только о трагических страницах этого процесса, связанных в ряде случаев с бесчеловечными действиями здесь царских генералов Ермолова, Нестерова, Слепцова и других военачальников, но и о положительных аспектах этих взаимоотношений. Несомненно, война стала дестабилизирующим фактором нормального взаимодействия России и Кавказа, результатом неумения мирного разрешения накопившихся проблем, но отнюдь не единственным и абсолютным фактом развития отношений между Россией и народами Северного Кавказа.
Следует не замыкаться на видении только отрицательных реалий данного процесса, но и суметь увидеть и подчеркнуть те положительные моменты мирного взаимовыгодного сотрудничества, которые последовали за присоединением региона, в том числе Ингушетии, к России.
Вопрос не только в том, добровольно или принудительно оказались в составе России ингуши и другие народы Северного Кавказа? Заинтересованный в предвзятых выводах исследователь найдет здесь как одно, так и другое. А вопрос в том, как действовали Российские власти по отношению к горскому населению после Кавказской войны и, какие способы его интеграции в российское историко-культурное пространство они находили и применяли и, какое значение российскими властями придавалось сохранению этнокультурной самобытности автохтонного населения Северного Кавказа.
Надо полагать, что именно эти проблемы и стоящие за ними процессы следует считать действительно важными в судьбе горских народов, в том числе и ингушей, в рамках российского государства.
Таким образом, историческая роль России в цивилизационном процессе кавказского региона значительна и неоспорима. Однако, устаревшие концепты исторического прошлого, от которых давно пора отказаться, еще и сегодня мешают активной интеграции народов России. Сторонникам и противникам Кавказского мира давно пора понять, что Ингушетия не мыслит иначе путь своего развития, как в границах современного Российского государства, в границах правового конституционного пространства России.
Преодолев все тяготы, связанные с некоторыми фактами несправедливости политики царизма и советской власти, сегодня, как и всегда, ингушский народ желает жить в мире и добрососедских отношениях со всеми народами, выступает за целостность своей страны – России, своим вкладом способствует ее экономическому и культурному развитию, ведущим к процветанию одного из ее прекрасных уголков – Ингушетии.

Примечания

1. Ермолов А.П. Записки. М. 1868. Ч. II.; Броневский С. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе. М. 1823. Ч. 2.
2. Бутков П.Г. Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 г. СПб. 1869. Ч. 1.; Ковалевский М. Поземельные и сословные отношения у горцев Северного Кавкказа // Русская мысль. М. 1883. Кн. XII.
3. Гаркави А.Я. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских с половины 1Х до конца Х века. Спб.1870; Григорьев В.И. О походе древних руссов на восток. Спб.1876; Караулов Н.А. Сведения арабских географов 1Х – Х веков о Кавказе. Тифлис.1908 и др.
4. См. Полное собрание русских летописей. Т.1 - 10. М. 1962 – 1965 и др. документы.
5. Россия – Ингушетия: 240 лет вместе. Сборник статьей по истории и культуре Ингушского народа. Магас. 2010.
6. Бутков П.Г. О веке браках князей русских с грузинками и ясынями в Х11// Северный архив. Спб. 1825. № 4.
7. Хицунов В.Н. Отношения России с северной частью Кавказа //Кавказ. 1846. № 16.
8. Кодзоев Н.Д. История ингушского народа (с древнейших времен до 1917 года). Изд. 2-е, исп. и доп. Учеб. пособие. Назрань. 2012.
9. Нарожный Е.И., Нарожная Ф.Б. Пражский грош из горной Ингушетии // Проблемы всеобщей истории. Вып. 6: Международный сборник статей. Армавир. 2000. Нарожный Е.И., Чахкиев Д.Ю. О воинских щитах из горной Ингушетии// Десятые чтения по археологии средней Кубани. Армавир. 2003.
10. Нарожный В.Е., Нарожный Е.И., Чахкиев Д.Ю. Колчаные накладки XIV века из горной Ингушетии (Полуподземный склеп №12) // МИА Северного Кавказа. Вып. 5. Армавир. 2005.
11. Нарожный Е.И., Чахкиев Д.Ю. Еще раз о комплексе вооружения из средневекового захоронения у селения Верхний Алкун в горной Ингушетии // Материалы и исследования по археологии Северного Кавказа. Вып. 11. Армавир. 2011.
12. Нарожный Е.И., Нарожная Ф.Б. Средневековые монеты из высокогорной Ингушетии // Проблемы археологии Кавказа. Материалы международной научной конференции, посвященной 70-летию Б.Н. Воронова. Сухуми. 2011.
13. Жданов Ю.А. Кавказ и передовая русская культура // Великий Октябрь и передовая Россия в исторических судьбах народов Северного Кавказа: (XVI в. – 70-е годы XX в.). М. 1983.
Источник:В-Г.Х.Танкиев,
serdalo

Вы можете разместить эту новость у себя в социальной сети

Доброго времени суток, уважаемый посетитель!

В комментариях категорически запрещено:

  1. Оскорблять чужое достоинство.
  2. Сеять и проявлять межнациональную или межрелигиозную рознь.
  3. Употреблять ненормативную лексику, мат.

За нарушение правил следует предупреждение или бан (зависит от нарушения). При публикации комментариев старайтесь, по мере возможности, придерживаться правил вайнахского этикета. Старайтесь не оскорблять других пользователей. Всегда помните о том, что каждый человек несет ответственность за свои слова перед Аллахом и законом России!

© 2007-2009
| Реклама | Ссылки | Партнеры