Главная Стартовой Избранное Карта Сообщение
Вы гость вход | регистрация 19 / 10 / 2017 Время Московское: 814 Человек (а) в сети
 

Дорога заговора и крови.Посвящается 100-летию выселения вейнахов в Турцию.

Дорога заговора и крови.Посвящается 100-летию выселения вейнахов в Турцию. 1965 г. Аграрный кризис в крае. «Но говоря о различных методах борьбы колониального режима самодержавия,и применяемых в отношении покоряемого населения Чечни и Ингушетии,приходится осветить главнейший вопрос-об экономическом положении горцев.

Необходимость выселения с Кавказа вейнахских народов тесно сопряжена с обострившимся, после «замирения» края, земельным кризисом в Терской области. Поэтому стержневым вопросом дальнейшей мирной политики колониального режима царизма на Северном Кавказе стал аграрный. Он проходил яркой полосой через всю многострадальную историю завоевания, вплоть до боевых дней Великой Октябрьской социалистической революции.

Голодный вопль загнанной в скалы, вымиравшей от хронического недоедания и болезней горской бедноты был стимулом борьбы за независимость против захватчиков на всех этапах их истории. Приводим характерные строки горского поэта, доктора Элкана Шанаева, в которых он образно выразил земельный голод ингушей:

На родине своей давнишней
Живу я, как пришелец чужой,
Чурек, да соль мне служат пищей,
Ни в чем отрады никакой!
Скажите, что в горах имею,
За исключением голых скал?

С первых шагов освоения нового края царизм щедрою рукой наделял горской завоеванной землей своих верных приспешников - казачьи станицы да их верхи. Завоеватели, вполне уверенно, считали Кавказ своей провинцией, а его истинных сынов (аборигенов - горцев) «разбойниками» на той цинично-простой основе, что каждая пядь земли, на которую только раз ступил сапог царского солдата, является их исконной государственной собственностью.

Потому с горцев сразу же стали брать в государственную казну арендный налог. Так, например, в 60-х гг. прошлого столетия с Ингушетии (Назрановского округа) требовалась плата: «Назрановский народ за право пользования землею, принадлежащей правительству (?!) и для покрытия содержания управления администрации края, обязан вносить в казну ежегодно по три рубля серебром с каждого двора, не исключая неимущих вдов и сирот...».

Не говоря о всей бедноте, даже сиротам и вдовам не могло быть льгот!

В то же самое время средний, душевой надел на каждого царского казака составлял 24,3 десятины земли без всякого налога! Следовательно, на каждую казачью семью (в среднем из пяти человек) приходилось до 120 десятин удобной земли, тогда как у чеченцев и ингушей только на каждый дом (семью) давалось до 4-5 десятин земли, в том числе и неудобной (!). Благодаря такому грабительскому распределению в области, в то время как пришлый элемент располагал кулацкими излишками, горцы вынуждены были нуждаться в земле и идти в кабальную зависимость к казачеству; причем не только отдельные лица, но и целые аулы. Как, например, ингушские аулы Галашки, Гадаборшево, Длинная Долина, Аршты, Датых и др.

Процент малоземельных в плоскостной Чечне составлял 77 %, а в Ингушетии - 89 %.

Таким образом, вейнахское крестьянство с первых же лет завоевания царизмом ставилось в полную зависимость от казачества, русских помещиков из военной знати и своего родового старшинства (царских ставленников).

Начальник Главного Штаба Кавказской армии генерал Дмитрий Алексеевич Милютин (будущий военный министр при Александре II) впервые выдвинул идею выселения горцев совсем с Кавказа на Дон.

«...Огромные массы горцев были выселены с Кавказа в Турцию. Собственно говоря, участь горцев была решена еще за несколько лет до прекращения ими сопротивления. Выселение их с Кавказа казалось наиболее радикальным решением вопроса...».

Следующий начальник Главного Штаба Кавказской армии генерал Карцов также в 1864 г. представил секретный меморандум о переселении чеченцев. И, наконец, все они пришли к заключению о необходимости переселения горцев из Терской области.

«Интересы колонизации Кавказа были на первом месте. Вот почему переселение горцев на плоскость или в Турцию рассматривалось как наиболее действенная мера, могущая обеспечить окончательный успех овладению Кавказом...». «Одновременно проходило энергичное освобождение земельных участков для расширения Терского казачества и прежде всего за счет чеченской земли...».

Потому для обеспечения Терского казачества землей требовались конфискованные чеченские земли, которые добывались за счет выселяемых орштхойцев.

Из-за создавшегося тогда аграрного кризиса экономика Чечни и Ингушетии испытала большие потрясения. Разрядить напряженность безболезненно не было никакой возможности; царская администрация на Кавказе, очутившаяся перед опасностью очередного взрыва народного возмущения, стала изыскивать возможность открыть какой-то «клапан», способный предотвратить народное негодование.

Но прежде чем продолжить описание общей картины, которая царила на Кавказе в предреволюционный период, накануне Великого Октября, не безынтересно изложить мнение Г. К. Орджоникидзе по аграрно-правовому положению горцев:

«На Северном Кавказе мы имели дело с в высшей степени сложной политической ситуацией. Здесь имелось, с одной стороны, многоземельное, зажиточное, в прошлом пользовавшееся всеми правами казачество, если можно так выразиться, «народ-помещик». С другой стороны, иногороднее население и горцы, безземельные и бесправные в прошлом. Все неказачье население Северного Кавказа в прошлом находилось в полном политическом подчинении у казачьего, и это несмотря на то, что казачество составляло не более одной пятой всего населения Северного Кавказа...

«Казачество обладает самыми лучшими землями на душу -от 9 до 11 десятин (это к 1918 г. - М. Б.), тогда как иногороднее население принуждено арендовать землю у казаков, а горцы даже целыми аулами живут на арендованных у казаков землях, как например, большой ингушский аул Галашки...».

Все эти аулы были заняты казаками в 60-е гг. прошлого (XIX в.) столетия. И дальше есть высказывание Серго Орджоникидзе о правовом положении горцев, которое сохранилось на всем протяжении царизма в России (со дня «замирения» до Великой Октябрьской социалистической революции):

«Положение горцев до революции было самое ужасное. Горцы находились почти вне закона. Горцев считали только разбойниками, и за убийство горца почти не привлекали к ответственности. За горца, убитого на казачьей земле, решительно никто не отвечал. Горец за хранение у себя оружия подвергался полному разгрому. За самое малейшее проявление протеста целый аул подвергался экзекуции».

М.М.Базоркин — «История происхождения ингушей». Нальчик. 2002 г.

Вы можете разместить эту новость у себя в социальной сети

Доброго времени суток, уважаемый посетитель!

В комментариях категорически запрещено:

  1. Оскорблять чужое достоинство.
  2. Сеять и проявлять межнациональную или межрелигиозную рознь.
  3. Употреблять ненормативную лексику, мат.

За нарушение правил следует предупреждение или бан (зависит от нарушения). При публикации комментариев старайтесь, по мере возможности, придерживаться правил вайнахского этикета. Старайтесь не оскорблять других пользователей. Всегда помните о том, что каждый человек несет ответственность за свои слова перед Аллахом и законом России!

Комментарии

Гость1 Втр, 10/10/2017 - 08:06

с тех пор ничего не изменилось,теперь грабят сирот и неимущих вдов свои так называемые ингуши-чиновники

Абббас с перископом Втр, 10/10/2017 - 01:09

Надо Аляску присоединить к Ингушетии.
Надоели эти геноцида.
То крестоносцы,то монголы с хромым,
То цари крепостного государства,то уссатый,то пьяному с мастером алейкумом.
Аляску надо забрать и соединить к джейрахскому района.
Есть пограничники охраняют.
Скажи Пустая Земля.АлЯсКи.

Да будет так!

Гость ИССА1 Втр, 10/10/2017 - 13:46

Коротко.
70.% чеченцев 100% акинцы мелхи про орстхоевцев и речи нет я сам ВАИГ 400.. т к мать ГАЛАЕВА.
Переселение ингушей в Турцию
В шестидесятых годах XIX века в целях реализации программы Военного министерства и Отдельного Кавказского корпуса по расширению военных укреплений, присвоения плодородных земель в низовьях рек Ассы и Фортанги для новых казачьих поселений царское Правительство, при поддержке части мусульманского духовенства, приступило к пропаганде среди «беспокойного» карабулакского племени с целью переселения его в Османскую империю (Турцию), основываясь на том, что это «поближе к Мекке для богомолья».
Комиссия по личным и земельным правам туземцев Терской области в 1865 г. при обследовании земельного состояния жителей Назрановского общества сделала вывод, что размеры надела, приходящиеся на каждый двор назрановцев, «комиссия ни в коем случае не признает удовлетворительными».
Малоземелье ингушей признавал и командующий войсками Терской области Лорис-Меликов, но решить земельный вопрос он предложил путем переселения горцев в Турцию: «… Генерал Кундухов высказал мне предположение о возможности возобновить между туземцами Терской области стремление к переселению в Турцию. Он предложил взять на себя выполнение этого дела и уверен, что при тех мерах, которые он примет негласно, в течение летних месяцев уйдет до трех тысяч человек... Одним из главных условий успеха этого предприятия генерал Кундухов ставит полную негласность его личного участия в этом деле».
Таким образом с ведома кавказской администрации М. Кундухов отправился в Турцию для согласования вопроса о переселении горцев с турецким правительством. Было получено согласие принять 5 тысяч семей переселенцев с условием, что они будут поселены в Карском пашалыке вблизи русско-турецкой границы.
В 1865 г. в Турцию переселились, даже по заниженным официальным данным, около 3-5 тысяч ингушей (в основном орстхоевцев), которые стали жертвой той пагубной пропаганды. Они навсегда покинули Кавказ в 60-х годах XIX века. В целом за период с 1858 по 1865 гг. с Северного Кавказа переселились (по официальным данным) более полумиллиона горцев, в основном представителей адыгских народов (около 470 тыс. человек).
В «Правилах для следования…» говорится: «...Переселенцы двигаются партиями в 150 семейств и 690 штук рабочего скота (каждой семье дозволено иметь две пароволовые арбы и на каждую партию (150 семей) - 90 штук запасного скота). Каждую партию сопровождает офицер с 10-ю конвойными. Интервал между партиями - 5 дней. Устраивают ночлеги. Передают по спискам другим офицерам - и так до границы».
Переселенцы в Турции оказались в крайне тяжёлом положении. Это видно и из письма русского консула в Константинополе Мошина к генералу Кирцову от 28 декабря 1863 г.: «С начала выселения в Трапезунде и окрестностях перебывало до 247 000 душ; умерло в пути 19 000; теперь осталось 63 000 человек. Средняя смертность около 200 человек в день. Свирепствует тиф. Лагерь в Ачка-Кале совсем предполагается уничтожить, так как нельзя жить от нечистот и трупного разложения...».
Познав все «прелести правоверной Турции», обманутые Правительством и его чиновниками, горцы Кавказа, по силе возможностей, ценою неимоверных усилий и лишений начали нелегально возвращаться на Родину. Но дорога домой оказалась тернистой.
Александр II на одно из таких прошений наложил резолюцию: «О возвращении и речи быть не может». Правительство не было намерено принять их обратно, оно было напугано огромным потоком беженцев, начавших нелегальное возвращение из Турции. Оно практически не было готово к такому повороту событий, да и не желало этого.
В приказе Главного штаба Кавказской армии от 22 февраля 1862 года за № 423 на имя Командующего войсками в Терской области было прямо указано: «… Возвращение их из Турции будет дозволено только тем из них, кои изъявят согласие поселиться в Оренбургской или Ставропольской губерниях с зачислением в Государственные крестьяне».
Однако никакие строгие меры Правительства и администрации Терской области не могли переломить сложившуюся ситуацию. Многие из горцев-беженцев с семействами, как было сказано выше, возвращались на Кавказ нелегально. Но это удалось лишь единицам и здесь им зачастую приходилось скрываться, так как их вновь выселяли в Турцию. Соплеменники старались, по мере возможностей, оказать им всяческое содействие и помощь.
Многие из вернувшихся в своих беседах с большой теплотой и благодарностью вспоминали одного из владетельных князей Грузии, генерала Орбелиани, который, будучи начальником Главного штаба Кавказской армии в Тифлисе, несмотря на строгие предписания Правительства – ссылать их для поселения во внутренние районы империи и в отдаленные места Сибири – приложил немало усилий и помог им поселиться на родном Кавказе.
Многие переселенцы, те, кто остался жив, стали постепенно приспосабливаться к жизни на чужбине. Нанимались в турецкие войска, воевали, подавляя чужую свободу в различных областях Турецкой империи.
1
2

© 2007-2009
| Реклама | Ссылки | Партнеры