Главная Стартовой Избранное Карта Сообщение
Вы гость вход | регистрация 09 / 12 / 2019 Время Московское: 532 Человек (а) в сети
 

Депортация, анализ правового положения и социального статуса депортированных народов на спецпоселении

До сегодняшнего дня нередко искаженно освещается история республик Северного Кавказа, в частности, события 67-летней давности,когда по инициативе Сталина и его подручных против целых народов были проведены варварские антиконституционные акции. Речь идет о насильственном переселении в 1943-1944 гг. с родных земель ингушей, чеченцев, балкарцев, карачаевцев, калмыков и других народов в Казахстан, Киргизию, Среднюю Азию, Якутию, Алтайский и Красноярский края, Томскую и Тюменскую области, о лишении их национальной государственности.Мы хорошо помним последние месяцы 1942 года: немецко-фашистские захватчики рвутся на Северный Кавказ. Захвачены Моздок, частично Малгобек. Более десяти тысяч наших братьев и сестер куют победу практически на всех фронтах. Они среди защитников Брестской крепости, Мамаева кургана, Курской дуги, Москвы и др. Менее ста километров оставалось до Грозного – нефтяной столицы Кавказа. Но враг был остановлен у ингушского города Малгобек. Значительным был вклад ингушского народа в эту победу. С 1943 года началось наступление советских войск. В начале 1944 года враг был отброшен на 800 километров от Кавказа.Вожди, допустившие летом 1942 года стратегическую ошибку и не сумевшие предвидеть мощный прорыв фашистов на юг, искали виновных. Главным критерием в этих поисках стал национальный. К началу 1944 года идея наказания «виновных» народов активно претворялась в жизнь. Выселены более 70 тыс. карачаевцев, лишены своего крова почти 94 тысяч калмыков. Изуродованная войной страна стала сводить счеты с «врагом внутренним». Наверняка сотни эшелонов, транспорт, тысячи бойцов были гораздо нужнее на передовой. Но их бросили в глубокий тыл на проведение депортации целых народов. Таким образом, был открыт внутренний фронт борьбы с народами «семьи единой».Чечено-Ингушетия не была даже оккупирована ни на одну минуту и, следовательно, никак не могла действовать «совместно с немцами», писал в 1951 году бывший нарком ВД СО АССР Г.А. Токоев.Он напрямую связывает трагедию вайнахских народов с решением объединенного заседания Политбюро ЦК ВКП (б) и ГКО от 11 февраля 1943 года о выселении чеченцев и ингушей, т.е. за год до его осуществления. В пользу подлинности сообщаемых Г.А. Токоевым сведений свидетельствуют многое. Еще задолго до выселения чеченцев и ингушей в республике войска НКВД под предлогом борьбы с бандитизмом сплошь и рядом учиняли террор и насилие над мирным населением, провоцируя вспышки недовольства, готовя тем самым «обоснование» предстоящей жестокой акции. Недостаточно глубоко и достоверно освещены факты этой жестокой расправы. А, правда, эта такова, что Сталин, Берия, тогдашние руководители НКВД и НКГБ свои злодеяния против народов представили как защиту безопасности страны. С этой целью специально распространялся сфабрикованный ими тезис «о неблагонадежной обстановке», например, в ЧИАССР, КБАССР и в Карачаевской автономной области. Утверждалось, что положение в этих республиках «угрожает» тылу Красной Армии, которая в то время, как известно, не только полностью изгнала фашистских захватчиков с Северного Кавказа, но уже освобождала от оккупантов Правобережную Украину и другие районы Советского Союза. Чтобы покончить со слухами о выселении, Берией было принято решение провести ночные учения в районе наиболее крупных аулов. Цель – подтвердить легенду размещения войск, приучить жителей к ночным передвижениям армейских подразделений и заставить людей не покидать дома в темное время суток. На границе республики были выставлены заслоны – нужно было пресечь поток чеченских беженцев в Дагестан. Кобулов внес предложение: «использовать в качестве предлога для ввода войск тактические учения в горных условиях». Однако вместо частей Красной Армии в республике будут размещены войска НКВД.Сосредоточение войск на исходных позициях предлагалось начать за 20-30 дней до проведения операции, хотя это произошло несколько раньше. Все секретари райкомов партии и председатели райисполкомов обеспечили размещение военнослужащих. Многие из них находились на постое у местного населения. 31 января 1944г. Государственный комитет обороны утвердил постановление о выселении ингушей и чеченцев в Казахскую и Киргизскую ССР. В начале 1944 года в ингушских семьях были размещены на постой солдаты и офицеры. Такого количества военных грузовиков никогда раньше здесь не было, они стояли во дворах, на улицах. Говорили, что это передислокация войск, и население старалось обогреть солдат, накормить перед отправкой на фронт. Но слова «войска», «передислокация» и «выселение» начали появляться в начале февраля. Многие успокаивали себя тем, что выселение народа невозможно. Но карачаевцев уже выслали, значит, не исключено, что вышлют и нас, ингушей. Но за что? Кто за этим стоит? Как?31 января 1944г. Судьба чечено-ингушского народа была решена. Согласно Постановлению ГКО № 5073 они подлежали депортации в Казахскую и Киргизскую ССР. 21 февраля Берия издал Приказ № 00193 о переселении чеченцев и ингушей. 22 февраля завершилась работа по подготовке командно-оперативного состава к проведению спецоперации. 31 января 1944г. Подготовительная работа карательных органов получает нормативную базу в виде совершенно секретного Постановления ГКО № 5071 «О мероприятиях по размещению спецпереселенцев в пределах Казахской и Киргизской ССР», В самом Постановлении о чеченцах и ингушах ничего не говориться. Но поручается НКВД ССР направить в феврале-марте для расселения в Казахской ССР до 400 тысяч человек и Киргизской – до 90 тысяч человек. 17 февраля 1944г. Л.П. Берия доложил И.В. Сталину, что подготовка операции заканчивается. Учитывая ее масштабы и особенность горных районов, выселение решено провести в течение 8 дней, в пределах которых в первые 3 дня будет закончена операция по всей низменности и горным районам и частично по некоторым поселениям горных районов с охватом свыше 300 тыс. человек. В остальные 4 дня будут проведены выселения по всем горным районам с охватом оставшихся 150 тыс. человек. 18 февраля 1944г. Берия поставил в известность о предстоящем выселении председателя СНК ЧИАССР Моллаева. В этот день Берия шлет телеграмму Сталину: «Подготовка операции по выселению чеченцев и ингушей заканчивается. Взято на учет подлежащих переселению 478 479 человек, включая ингушей, проживающихся в г. Владикавказе. Решено выселение провести в течение 8 дней. Горные районы блокированы, к выселению привлечены дополнительно 7 тысяч дагестанцев, более 3 тысяч осетин. Учитывая серьезность и важность операции прошу разрешить мне остаться на месте до завершения операции». Согласно плану Берия выселение начинается с рассвета 23 февраля, предполагается оцепить район, чтобы воспрепятствовать выходу населения за территорию населенных пунктов. В операции по выселению ингушей и чеченцев готовы принять участие 19 тысяч работник НКВД, СМЕРШа и 100 тысяч войск внутренних сил с боевой техникой. 23 февраля 1944 г. народ Чечено-Ингушетии подвергся то¬тальной депортации из Кавказа в Среднюю Азию и Казахстан. Проблема правового и социального статуса ингушей, чеченцев и других депортированных народов в условиях спецпоселения остается слабоизученной. (Из архива мемориального комплекса жертвам репрессий РИ. Материалы депутата НС РИ Р. Албогачиева)Доцент кафедры истории народов КБР Кабардино-Бал¬карского государственного университета, кандидат исто¬рических наук Х-М.А. Сабанчиев в своей статье «Правовое положение и социальный статус балкарцев на спецпоселении», опубликованной в журнале Российской Академии наук «Государство и право», раскрывает существенные аспекты положе¬ния спецпереселенцев и условия их проживания в местах насильственного посе¬ления. На основе статьи Х-М.А. Сабанчиева и представлен следующий материал.В документах о выселении народов не были определены их гражданский статус и правовое положение. В местах расселения органы власти не имели на руках конкретного руководства регу-лирования и организации административного уп¬равления спецпереселенцами. Поэтому последо¬вало обращение за разъяснениями о правах переселенцев с Северного Кавказа, об их социальном обеспечении. НКВД СССР представил ответ, что для них не предусматривается лишение или огра-ничение каких либо гражданских прав, за исклю¬чением права выезда из мест поселения, что они сохраняют полностью права на все виды социаль¬ного обеспечения (Бугай Н.Ф., Гонов A.M. В Казахстан и Киргизию из Приэльбрусья ... (20-50-е гг.). Нальчик, 1997. С. 67).Статус депортированных народов менялся. При выселении все они становились спецконтин-гентом. С 1944 г. переселенцы имели статус спецпоселенцев, подразумевающий их жесткую админист¬ративную привязанность в местах нового жительст¬ва к сети спецкомендатур. На спецпоселенцев распространялась ст. 135 Конституции СССР, по которой они официально сохраняли статус пол¬ноправных граждан, но не могли покинуть уста¬новленного государством места жительства. Это обстоятельство делало "полноправие" спецпосе¬ленцев формальным и декларативным. Помимо спецпоселенцев существовали категории ссыль¬нопоселенцев (отправленные в ссылку навечно с поражением в гражданских правах), ссыльных (присужденных к ссылке на определенный срок) и высланных. В документах термины "спецпосе¬ленцы" и "спецпереселенцы" употреблялись как синонимы.В повседневной жизни спецпереселенцы под¬вергались явной или завуалированной дискрими-нации. Их в Красную Армию не призывали и на учет в военкоматах не ставили. Предпринимались также меры, чтобы они самостоятельно не овладевали военными знаниями и навыками. Им отка-зывалось в приеме в партию и комсомол. Хотя спецпереселенцы не были лишены избиратель¬ных прав, никто из них не имел права быть из¬бранным в местные органы самоуправления. Де¬ятели литературы и искусства были поставлены вне творческой жизни. Различного рода специалисты неэффектив¬но использовались на работе.Права и обязанности спецпереселенцев и ад¬министративное управление спецпоселениями регламентировались особыми правилами и инст¬рукциями центральных органов власти и ведомст¬ва, возглавляемого Берией. Вопросами спецпере¬селенцев ведал Отдел специальных поселений ГУЛАГа НКВД СССР. 17 марта 1944 г. приказом НКВД СССР № 00286 в связи с массовыми пере¬селениями в Казахстан и Киргизию карачаевцев, чеченцев, ингушей и балкарцев Отдел спецпосе¬лений (ОСП) был выделен из ГУЛАГа в самосто¬ятельный отдел НКВД. Функции ОСП НКВД СССР заключались в содействии трудовому и хо¬зяйственно-бытовому устройству спецпереселен¬цев, оперативном чекистском обслуживании, уче¬те и административном надзоре за ними в местах их расселения (ГАРФ). Ф. 9401. Он. 2. Д. 86. Л. 66-77). Отделы спецпоселений создава¬лись и в составе НКВД союзных и автономных республик, УНКВД краев и областей для агентурно-оперативного обслуживания и администра¬тивного надзора за спецпереселенцами.Непосредственно в местах размещения спец¬переселенцев административный надзор за ними обеспечивался через сеть спецкомендатур НКВД. В 1944 г. в Казахской ССР было создано 488 спец-комендатур, в Киргизской - 96, в Узбекской - 95 спецкомендатур (ГАРФ). Ф. 9401. Он. 2. Д. 86. Л.77).Для выявления лиц, склонных к побегам с мест расселения и уже совершивших побеги, создава-лись группы содействия из местного населения, куда только в Казахстане было привлечено 15 966 человек. Для усиления надзора за пересе¬ленцами населенные пункты, в которых они про¬живали, разбивались на "десятидворки" с уста¬новлением круговой поруки. В них назначались старшие, которые каждые 10 дней отчитывались перед комендантом о положении дел во вверен¬ной им "десятидворке".С целью поддержания порядка спецкомендату¬рам придавались воинские подразделения в соста¬ве 5-7 бойцов внутренних войск НКВД во главе с сержантом или офицером. Кроме того, большое внимание уделялось оперативно-чекистскому об¬служиванию спецпереселенцев. Существовала специальная агентурная сеть, которая выслежи¬вала реакцию переселенцев на политико-право¬вой произвол руководства страны. По состоянию на 1 июля 1944 г. агентурно-осведомительная сеть органов НКВД только среди спецпереселен¬цев Северного Кавказа, Калмыкии и Крыма насчитывала 11 699 человек (ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 86. Л. 75).Над спецпереселенцами постоянно нависала угроза расправы. Так, профессиональный балкарский певец О. Отаров имел неосторожность однажды выска¬зать мнение, что целые народы страдают из-за одного человека. Он немедленно был арестован и приговорен к 10 годам лагерей. С момента рассе¬ления спецпереселенцев с Северного Кавказа до сентября 1944 г. НКВД Казахской ССР арестовал 3310 человек.Узнав о трагедии депортации, солдаты и офи¬церы действующей армии стали проявлять озабо-ченность о судьбе своих родных и близких. 31 ок¬тября 1944 г. заместитель наркома внутренних дел В.В. Чернышов и начальник ОСП НКВД СССР В.М. Кузнецов направили Берии письмо, где сообщалось: "В НКВД СССР поступает зна¬чительное количество заявлений от офицеров и бойцов Красной Армии, являющихся по нацио¬нальности калмыками, карачаевцами, балкарца¬ми, чеченцами, ингушами и крымскими татарами, которые ходатайствуют об освобождении из спецпоселения своих родственников - спецпере¬селенцев с Северного Кавказа, из Крыма и быв¬шей Калмыкской АССР". Далее В. Чернышов и М. Кузнецов предлагали "в случае оставления за¬явителя на службе в Красной Армии и при отсут¬ствии компрометирующих материалов на его родственников - спецпереселенцев (жену, детей, родителей, несовершеннолетних братьев и сес¬тер) освобождать последних из спецпоселения в персональном порядке, без права их возвращения на Северный Кавказ, в Крым и на территорию бывшей Калмыкской АССР". Берия наложил на письме резолюцию: «Переговорите со мной". Чуть ниже имелась приписка В. Чернышова "Тов. Кузнецову. Тов. Берия согласен, но не применять широкой практики, исключительно инди¬видуально подходить по заключению ОСП НКВД СССР» (ГАРФ. Ф. Р - 9479. Oп. 1. Д. 152. Л. 33-34).Действительно, удовлетворение ходатайства воинов было явлением редчайшим. Во всяком случае ни одна семья фронтовика - ингуша не была освобождена из спецпоселения. "В просьбе отказать" - такие визы или почти та¬кие по смыслу были на всех письмах.В общесоюзном масштабе правовое положе¬ние спецпереселенцев, условия их проживания и трудоустройства в местах насильственного посе¬ления были определены постановлением СНК СССР "О правовом положении спецпереселенцев" от 8 января 1945 г.Главной обязанностью спецпереселенцев про¬возглашалось занятие общественно-полезным трудом, для чего местные советы по согласова¬нию с органами НКВД организовывали их трудо¬вое устройство. Предусматривалось использова¬ние труда спецпереселенцев на тяжелых и трудо¬емких работах. Особо оговаривалось, что "за нарушение трудовой дисциплины спецпереселен¬цы привлекаются к ответственности в соответст¬вии с существующими законами".В постановлении было закреплено ограниче¬ние свободного передвижения спецпереселенцев. Возбранялось отлучаться из зоны компетенции своей спецкомендатуры без ее разрешения. Само-вольная отлучка рассматривалась как побег и влекла за собой уголовную ответственность.Главам семей предписывалось в трехдневный срок информировать спецкомендатуру о любых переменах в составе семьи (рождение ребенка, смерть члена семьи, побег и т.д.). Спецпереселен¬цы обязаны были "строго соблюдать установленный для них режим и общественный порядок в местах расселения", беспрекословно подчиняться всем распоряжениям спецкомендатур. За любое нарушение, неподчинение коменданту спецпере¬селенцы подвергались административному взыс¬канию в виде штрафа до 100 руб. или аресту до пя¬ти суток.В документе был пункт и о правах спецпересе¬ленцев: они "пользуются всеми правами граждан СССР, за исключением ограничений, предусмот¬ренных настоящим постановлением" (ГАРФ. Ф. Р-9401.Оп. 1. Д. 213. Л. 1). Однако эти права скорее декларировались, чем гаранти¬ровались, поскольку сам документ противоречил гуманизму и человечности. Постановлением был четко обозначен статус спецпереселенцев для всех депортированных наро¬дов.Комен¬дантам спецкомендатур НКВД предоставлялось право в необходимых случаях применять к спец¬переселенцам меры воздействия - арест, штраф и т.п. На комендантов возлагалось производство расследования по делам о побегах и других пре¬ступлениях спецпереселенцев.Более сложные дела рассматривались началь¬ником РО НКВД, а наиболее серьезные - о бан-дитизме и контрреволюционных преступлениях подлежали рассмотрению Особым совещанием при НКВД СССР (ГАРФ. Ф. Р - 5446. Оп. 48. Д. 3205. Л. 25-28).Указанные два постановления, определявшие правовой статус спецпереселенцев, показывают их явную направленность в сторону ужесточения условий проживания депортированных народов. Переселенцы утратили все основные гражданские права, гарантированные Конституцией стра¬ны. Комендатуры фактически обладали неогра¬ниченной властью над спецпереселенцами. Это открывало широкий простор самодурству и про¬изволу комендантов. Нередко ими были надзира¬тели, сумевшие проявить себя еще в довоенных гулаговских лагерях. Комендант с. Юрьевка Фрунзенской области Киргизии Пегусов частенько пьяным выходил на улицу и стрелял из пистолета в первого попавше¬го ему на глаза спецпереселенца.На произвол комендантов особенно болезнен¬но реагировали фронтовики. Отношения между ними и комендантами, большинство из которых не нюхало пороха и просидело втылах, были до-вольно напряженными. В отместку коменданты забирали у фронтовиков документы и не возвра¬щали. Некоторые из-за этого потом не могли доказать, что они участники или инвалиды войны. Многие спецпереселенцы были арестованы и осуждены за открытый протест против бесчинств комендантов. Были, правда, и официальные жа¬лобы, например со стороны заместителя наркома внутренних дел Киргизской ССР Леотова, инструкторов ЦК КП(б) Киргизии, Казахстана и др. Наиболее одиозные из комендантов за факты злоупотреблений арестовывались и предавались суду (Бугай Н.Ф., Гонов A.M. Кавказ: народы в эшелонах. 20-60-е гг. М., 1998. С. 243).Униженное состояние спецпереселенцев было отягчено их бедственным экономическим поло-жением. Страдания могут быть оправданны, если они приводят к осознанию. И у народа в целом, и у каждого в отдельности. С самого первого дня на чужбине бытовало мнение, что все несправедливости в их отношении делались Берией втайне от Сталина. Люди не переставали верить, что "вождь народов", узнав о беззаконии, немедленно вернет их обратно на родину. Особенно глубокий и ранимый характер носи¬ли нравственные страдания мужественно выпол-нивших свой воинский долг фронтовиков. Прика¬зом наркома внутренних дел СССР от 22 августа 1945 г. демобилизованным из армии представителям высланных народов пред¬писывалось выехать в места ссылки их родных. Прибыв туда, вчерашние воины-победители ста¬вились на учет как спецпереселенцы и попадали под унизительный комендантский режим.С победоносным завершением войны в среде спецпереселенцев царил эмоциональный подъем. Многие надеялись, что теперь, когда война закон¬чилась, в Москве, наконец, разберутся, кто чем в войну занимался, и разрешат в родные края. Вскоре наступило разочарование. "Отец на-родов" не собирался менять свою политику по от¬ношению к "наказанным народам". Вместо либерализации режима первые послевоенные годы принесли, напротив, еще большее его ужесточе-ние.Победа стала для Сталина главным оправда¬нием существования советской власти и коммуни-стического строя. В своей речи на собрании Ста¬линского избирательного округа г. Москвы 9 фе¬враля 1946 г. в связи с выборами в Верховный Совет СССР Сталин говорил: "Советский много-национальный государственный строй еще боль¬ше окреп за время войны, ибо наше многонациональное государство выросло... на советской ос¬нове, которая культивирует чувство дружбы и братского сотрудничества между народами нашего государства. Наш строй - образец многонацио¬нального государства, где проблемы сотрудниче¬ства наций разрешены лучше, чем в любом дру¬гом многонациональном государстве" (Правда. 1946. 10 февр.). Между тем на спецпоселении находилось более 1.5 млн. немцев, карачаевцев, калмыков, чеченцев, ингушей, балкарцев и других репрессирован¬ных народов.После войны общество в социально-политиче¬ском плане приобрело некоторые мрачные чер¬ты бюрократического, полицейского характера, что, конечно же, прежде всего отразилось на пра¬вовом положении спецпереселенцев. МВД и ОСП ставили своей основной задачей дальнейшее уси¬ление и укрепление режима спецпоселений, под¬нятия производительности труда спецпереселен¬цев. Естественным поэтому было стремление лю¬дей вырваться на свободу. Многие предпочитали бежать (ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 86. Л. 76).14 февраля 1947 г. МВД СССР и Генеральная прокуратура СССР издали совместный циркуляр "О порядке привлечения к уголовной ответствен¬ности спецпереселенцев за побеги, совершаемые с мест их поселения". По сути дела он подменял отдельные положения уголовно-процессуального законодательства СССР, хотя являлся лишь подзаконным актом. Циркуляром предусматрива¬лось применение более строгих мер наказания за правонарушения по сравнению с предыдущими годами. Теперь 5-суточный арест заменялся сро¬ком лишения свободы от 10 до 15 лет. Следствен¬ные дела о побегах спецпереселенцев оформлялись по месту задержания бежавших и по оконча¬нии следствия направлялись на рассмотрение Особого совещания при МВД СССР. Для реализации задач и расширения карательных мер про¬тив спецпереселенцев предусматривалось созда¬ние дополнительных комендатур.Всего в течение 1944-1948 гг. из спецпоселе¬ний бежали 15 992 жителя Северного Кавказа. На 1 октября 1948 г. в розыске числились 2637 спецпереселенцев. Все случаи побегов тщательно рас-следовались, задержанные возвращались обрат¬но на места расселения, по результатам расследо¬вания принимались необходимые меры.Конец 40-х годов характеризовался макси¬мальным ужесточением режима в отношении спецпереселенцев. 24 ноября 1948 г. Совет Мини¬стров СССР за подписью Сталина издал поста-новление "О выселенцах", которое констатиро¬вало продолжение побегов из мест обязательного поселения чеченцев, ингушей, балкарцев, карача¬евцев, немцев, крымских татар и др. Отмечались факты выдачи переселенцам разрешения на воз¬врат в места их прежнего жительства со стороны МВД СССР. Конкретно указывалось, что в ряде случаев задержанные возвращались в места рас¬селения органами МВД и прокуратуры без при¬влечения к уголовной ответственности за побег. Все это квалифицировалось как "антигосударст¬венная практика" в работе административных ор¬ганов, которая стала возможной "в результате попустительства со стороны МВД и Прокурату¬ры СССР". Указывалось, что установленные ме¬ры наказания за побеги с мест поселения: лише¬ние свободы на срок до трех лет и за укрыватель¬ство - до одного года, - "являются крайне недостаточными", и они были значительно ужес¬точены.Постановление впервые устанавливало, что переселение в отдаленные районы страны бал¬карцев, чеченцев, ингушей, карачаевцев и др. произведено навечно, баз права возврата их к прежним местам жительства. Самовольный вы¬езд (побег) наказывался 20 годами каторжных ра¬бот. Укрывательство выселенцев, бежавших из мест поселения, пособничество их побегу, а так¬же выдача им разрешения на возвращение к мес¬там жительства карались лишением свободы на пять лет.Министерство внутренних дел СССР было обязано в месячный срок провести ревизию мест¬ных органов МВД, занятых осуществлением ад¬министративного надзора за выселенцами, в осо¬бенности в части надлежащего учета поселенцев и обеспечения режима, исключающего возмож¬ность побегов. Министерству государственной безопасности предписывалось принять меры на железнодорожном и водном транспорте по выяв¬лению, задержанию и аресту выселенцев, бежавших из мест обязательного поселения (ГАРФ. Ф. Р-8131). В тот же день, 24 ноября 1948 г., аналогичный документ был принят и ЦК ВКП(б).Особо печальную роль в жизни депортирован¬ных народов сыграл Указ Президиума Верховно¬го Совета СССР "Об уголовной ответственности за побеги с мест обязательного и постоянного по-селения лиц, выселенных в отдаленные районы Советского Союза в период Отечественной вой¬ны" от 26 ноября 1948 г., принятый в развитие по¬становлений СМ СССР и ЦК ВКП(б). Это был первый нормативно-правовой акт высшего пред¬ставительного органа страны, который в государ¬ственном порядке регулировал положение депор¬тированных народов.Указ фактически утверждал, что немцы, кара¬чаевцы, калмыки, чеченцы, ингуши, балкарцы и представители других выселенных во время вой¬ны на спецпоселение народов должны остаться в этом статусе навечно, без права возврата на этни¬ческую родину. Выезд их с мест поселения без особого разрешения органов МВД СССР карался каторжными работами на срок до 20 лет. Кроме того, лица, виновные в укрывательстве бежав¬ших из мест обязательного поселения или способ-ствовавшие их побегу, а также виновные в выда¬че разрешения выселенцам на возврат в места прежнего жительства, и лица, оказывающие по¬мощь в устройстве их в местах прежнего житель¬ства, подлежали привлечению к уголовной ответ¬ственности и наказанию лишением свободы на пять лет (ГАРФ. Ф. 7.523. Оп. 40. Д. 62. Л. 1).После принятия Указа была внесена ясность в положение выселенцев. Они должны были оста-вить надежды на возвращение к местам прежнего жительства и прочно обустраиваться в местах по-селения. По этому Указу были осуждены тысячи спецпереселенцев, которые привлекались к уго-ловной ответственности не за злостный побег, а просто за выезд без разрешения к своим родным в другие села. Спецпереселенцы могли свободно передвигаться лишь в радиусе 3 км от места про-живания. Выход за пределы очерченной зоны по¬селения расценивался как попытка к бегству. Уголовные дела по побегам должны были рас¬сматриваться Особым совещанием при МВД СССР, т.е. внесудебным органом. Только за один 1949 г. Особым совещанием за самовольный вы¬езд (побег) из мест поселения были осуждены к 20 годам каторжных работ 1932 выселенца (Иосиф Сталин – Лаврентию Берия: «Их надо депортировать». Документы, факты, комментарии / Сост. Н. Бугай.М., 1992.С.254)Следствием Указа от 26 ноября 1948 г. стало резкое снижение числа побегов, так как он дейст-вовал парализующе на многих. Если в 1948 г. бе¬жали 6863 спецпереселенца, то в 1949 г. - 1723, или в 4 раза меньше. В большинстве случаев по¬беги заканчивались неудачно. В 1948 г. спецпереселенцы были переведены на положение выселенцев, и депортированные в годы войны народы Северного Кавказа получили новое статусное наименование. Категория высе-ленцев делилась на три группы: выселенные на определенный срок, выселенные без указания срока и выселенные навечно. Указами ПВС СССР "О навечном поселении лиц, выселенных в период Великой Отечественной войны" от 26 но¬ября 1948 г. и от 9 октября 1951 г. контингенты спецпереселенцев из Северного Кавказа были отнесены к категории выселенных навечно. По состоянию на 1 января 1949 г. на уче¬те состояло 2 300 223 спецпереселенца, из них 1 835 078 человек относились к категории выселенных навечно (ГАРФ. Коллекция документов).Однако термин "выселенец" не прижился, и с конца 1952 г. в документах вновь используется слово "спецпереселенец".Режим спецпоселения был одинаково жесток для всех, невзирая на профессию и службу. 12 марта 1949 г. за подписью зам. министра внут¬ренних дел СССР генерал-лейтенанта B.C. Рясного в республиканские министерства, краевые и областные управления внутренних дел был на¬правлен циркуляр МВД СССР с требованием "всех бывших сотрудников НКВД - НКГБ и МВД - МГБ, относящихся к национальностям, пересе¬ленным навечно в период Великой Отечествен¬ной войны (чеченцы, карачаевцы, ингуши, бал¬карцы, калмыки, немцы, крымские татары и др.), немедленно взять вместе со всеми членами семьи на учет спецпоселения по месту нахождения в на¬стоящее время". Им объявляли под расписку по¬становление СНК СССР от 8 января 1945 г. и Указ ПВС СССР от 26 ноября 1948 г. и установи¬ли в их отношении режим и административный надзор на общих основаниях (Балкарцы: выселение, на спецпоселении, реабилита¬ция. Документы, материалы, комментарии / Автор-сост. Х-М.А. Сабанчиев. Нальчик, 2001. С. 103-104).Для репрессированных на¬родов статус спецпереселенца был наследствен¬ным. Дети, родившиеся в их семьях, считались спецпереселенцами (выселенцами) с момента рождения. Состоявшие в брачных отношениях представители других национальностей, добро¬вольно прибывшие в места высылки для совмест¬ного проживания со спецпереселенцами, стави¬лись на учет спецпоселений.За редким исключением, депортированные со¬храняли свое членство в ВКП(б) и комсомоле. Однако они находились на особом статусном положении. Коммунисты были отстранены от партийной и советской работы и значились членами партии формально.14 июля 1950 г. Сталин подписал постановле¬ние Совета Министров СССР "О передаче спец-поселений из МВД СССР в МГБ СССР", на осно¬вании которого совместным приказом МВД и МГБ от 21 июля 1950 г. из МВД СССР в МГБ был передан Отдел спецпоселений (ОСП).Уже 16 ноября приказом МГБ № 00552 на базе бывшего ОСП МВД было создано 9-е управление МГБ по надзору за ссыльными, высланными и спецпоселенцами во главе с генерал-майором С.Ф. Кожевниковым. В МГБ смотрели на спецпо¬селенцев под несколько иным углом, чем в МВД, и один из пунктов приказа об организации 9-го управления гласил: "Оперативные работники ор¬ганов МГБ должны иметь в виду, что не только на ссыльных и выселенных, но и на спецпоселенцев надо смотреть не как на рабочую силу, а прежде всего как на лиц, которых следует держать под постоянным строгим чекистским надзором" (Кокурин А., Моруков Ю. ГУЛАГ: структура и кадры // Свободная мысль - XXI. 2001. № 4. С. 103). Государство против личности - это типичнейшая для переселенцев ситуация.Самым тяжким испытанием для депортированных народов были моральные испытания, ущемления гражданских и политических прав, о чем свиде¬тельствуют письма на имя руководителей партии и страны. Не все спецпереселенцы мирились со своим бесправным положением. Многие из них пытались изменить ситуацию легальным способом, направляя Сталину и в различные инстанции письма и заявления. Их было много. В письме на имя секретаря ЦК ВЛКСМ Г.М. Михайлова сооб-щалось, что многие юноши и девушки из семей спецпоселенцев имеют образование 3-5 классов, и они стремятся продолжить свою учебу. Однако некоторые местные органы неохотно допускают их в вечерние школы рабочей и сельской молоде¬жи, другие учебные заведения и под различным предлогом отказывают им в приеме.Заявления и просьбы спецпоселенческой мо¬лодежи рассматривались в ЦК ВКП(б), ЦК ВЛКСМ и 9-м управлении МГБ СССР. В отдель¬ных случаях они удовлетворялись (учеба, выезд на учебу), в других - отклонялись (освобождение из спецпоселения, служба в армии).Были обращения и к Сталину с просьбой ис¬править допущенную ошибку и разрешить народу вернуться на родину. Для многих авторов подобные обращения кончались трагеди¬ей. Всем им приписывали стандартные в те време¬на обвинения типа "антисоветская агитация, дис¬кредитация руководителей ВКП(б), клевета на советский государственный и общественный строй" и т.д. (Хутуев Х.И. Балкарский народ в годы Великой Отечественной войны и послевоенный период // Дисс. На соискание уч. Ст. канд. Ист. Наук. Рукопись. Ростов-на-Дону, 1965. С.105; Бакаев П.Д. О трагедии в истории калмыкского народа. Элиста, 2003.С. 121)Нужно было обладать огромным гражданским мужеством, чтобы, не страшась последствий, вы-ступить с разоблачением политики насильствен¬ного выселения народов, в защиту их попранных прав и поплатиться за это собственной "свободой". Люди шли на жертвы во имя своего народа, восстановления справедливости и честного име¬ни.Бесправное юридическое и тяжелое социаль¬но-экономическое положение спецпереселенцев закреплялось серией нормативных актов высших органов государственной власти. В целом законо-дательные акты и нормативные документы 40-х начала 50-х годов следует оценить как противо-правные, противоречащие как Конституции СССР (1936г.), так и провозглашаемым совет¬ским государством принципам национальной по¬литики. Самое главное - они противоречили гуманизму и человечности. Ущемленные в право¬вом положении депортированные народы в нечеловеческих условиях проживания в спецпоселениях не слома¬лись, объективно оценили произошедшее, утвер-дили в самосознании народа чувство своей неви¬новности и вынашивали идею о возвращении на родину. Эти первые объективные оценки непра¬вомерности этнической депортации свидетельст-вовали о назревших предпосылках хотя бы час¬тичной реабилитации депортированных народов. Противоречивость их гражданского и социально¬го статуса становилась все очевиднее. Смягчение режима спецпоселений и перемены в судьбах репрессированных народов наступили только после XX съезда КПСС.Управделами Уполномоченного по правам человека в РИ Албаков-Мяршхи Р.М

Вы можете разместить эту новость у себя в социальной сети

Доброго времени суток, уважаемый посетитель!

В комментариях категорически запрещено:

  1. Оскорблять чужое достоинство.
  2. Сеять и проявлять межнациональную или межрелигиозную рознь.
  3. Употреблять ненормативную лексику, мат.

За нарушение правил следует предупреждение или бан (зависит от нарушения). При публикации комментариев старайтесь, по мере возможности, придерживаться правил вайнахского этикета. Старайтесь не оскорблять других пользователей. Всегда помните о том, что каждый человек несет ответственность за свои слова перед Аллахом и законом России!

© 2007-2009
| Реклама | Ссылки | Партнеры